2 декабря 2020, среда, 13:34
VK.comFacebookTwitterTelegramInstagramYouTubeЯндекс.ДзенОдноклассники

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

27 октября 2020, 18:00

Французская революция

Издательство «Альпина нон-фикшн» представляет книгу Дмитрия Бовыкина и Александра Чудинова «Французская революция».

Французская революция XVIII века уникальна тем, что ее опыт востребован и актуален вот уже более двух столетий. Она — точка отсчета и матрица для всех последующих революций, участники которых равнялись на нее, подражая или пытаясь превзойти. Неудивительно, что и в наши дни историки и социологи видят в ней идеальную модель для изучения динамики революций в целом и выявления их общих закономерностей, обращаются к ее опыту вновь и вновь, пытаясь понять, как происходят и как развиваются революции. Жившие два с лишним века тому назад люди в напудренных париках и камзолах были не так далеки от нас, как это может показаться на первый взгляд…

Предлагаем прочитать фрагмент книги.

 

Эмиграция и контрреволюция

С первых же дней Революции те, кто не смог ее принять, начали покидать страну. Считается, что всего за революционное десятилетие за границу выехали около миллиона человек. Несмотря на то что революционная пропаганда неизменно изображала эмигрантов как дворян, готовых с оружием в руках сражаться за Старый порядок, или как бежавшее из страны неприсягнувшее духовенство, это было совершенно не так.

Значительная часть выехавших в те годы за рубеж спасалась от экономических неурядиц и страха перед революционным насилием. Они не собирались ни с кем сражаться, а лишь пытались обеспечить себе средства к существованию. Какая-то часть отправилась за океан — в Соединенные Штаты и Канаду, но большинство разъехалось по странам Европы, включая Россию. Позднее многие из них вернутся во Францию: кто-то еще во время Революции, кто-то уже при Наполеоне, а кто-то и вовсе после Реставрации. Подавляющее большинство эмигрантов принадлежало к третьему сословию, 25 % — к духовенству и лишь 17 % — к дворянству. Правда, в их числе оказались самые знатные семьи королевства, включая принцев крови. Поначалу отъезд за рубеж не представлял каких-либо сложностей: до второй половины 1791 года во Франции еще сохранялась свобода передвижения, а преступлением выезд за границу стали считать только в 1792 году.

Вместе с тем определенная часть эмигрантов всё же не просто негативно относилась к Революции, но и готова была сражаться против нее с оружием в руках. Самой большой сложностью для ее противников как внутри страны, так и за рубежом было отсутствие единого лидера. Очень быстро стало понятно, что сам Людовик XVI сопротивление революционным преобразованиям не возглавит. Во-первых, король не подходил для этого по характеру: он не был харизматической личностью, способной быстро реагировать на вызовы времени и находить нестандартные решения. Во-вторых, он старался избегать прямых конфликтов со своими подданными, предпочитая компромиссы. К этому его побуждала история Английской революции, которую Людовик XVI хорошо знал. «Я не хочу, чтобы из-за меня погиб хотя бы один человек», — сказал он в июле 1789 года.

Такая позиция короля представляла для роялистов огромную проблему. Подписывая один за другим декреты Учредительного собрания, Людовик XVI за два года разрушил тот фундамент, на котором покоилась тысячелетняя французская монархия.

Из короля Франции и Наварры он превратился в короля французов, причем не только по воле Бога, но и в силу принятых Учредительным собранием законов. Конституция 1791 года, признавая его особу священной и неприкосновенной, предусматривала возможность отречения короля от престола и замену наследника трона. Складывалась совершенно беспрецедентная ситуация: монарх раз за разом покорно соглашался с нарушением «нерушимых» законов французской монархии.

 

Граф д’Артуа, брат Людовика XVI. Гравюра Э. Тома с портрета работы А. Руссо

Неудивительно, что очень быстро противники Революции начали возлагать свои надежды на других лидеров роялистского движения. В ночь на 17 июля 1789 года, всего через несколько дней после взятия Бастилии, в эмиграцию отправился младший брат короля — Шарль-Филипп, граф д’Артуа. Он имел репутацию человека поверхностного и беззаботного, не пользовался популярностью в народе и никогда особенно не интересовался политикой. Накануне Революции он поддерживал реформаторский курс Калонна, но твердо стоял на том, что всё должно ограничиться только реформой финансовой сферы. Его негативное отношение к Неккеру и нежелание согласиться с притязаниями третьего сословия в Генеральных штатах снискали ему славу консерватора и верного сторонника Старого порядка.

Граф д’Артуа нашел убежище у родителей жены в Турине. Именно его двор был в 1789–1791 годах центром контрреволюции. С ним находились в постоянном контакте другие выехавшие за границу принцы крови, а роль министра здесь с 1790 года исполнял Калонн, который пользовался у графа д’Артуа большим уважением. Однако объединившимся вокруг младшего брата короля эмигрантам не хватало ни авторитета, ни средств, ни политической воли: Людовик XVI отказывался дать им какие-либо официальные полномочия и крайне скептически воспринимал их деятельность, которая навлекала подозрения революционных властей и на него самого, ухудшая его и без того непростое положение в столице.

Именно здесь коренилась одна из причин того, почему ни на одном из направлений политическая деятельность графа д’Артуа и его окружения не увенчалась успехом. Роялисты предпринимали самые активные усилия, желая вернуть Людовику XVI свободу. Было составлено немало проектов того, как королевской семье покинуть Париж. Однако король выбрал другой план, закончившийся Варенном. Пытались роялисты и взбунтовать провинции. В 1790 году вспыхивали мятежи в Ниме, Монтобане, Тулузе — тех городах, где сохранялось противостояние протестантов и католиков. Бунтовал Лион и другие города в долине Роны. В Пуату, Эльзасе, Франш-Конте, Провансе — везде действовали роялистские агенты. Был разработан план по организации в декабре 1790 года всеобщего восстания с центром в Лионе, куда прибыли бы и принцы, и Людовик XVI, но король не поддержал его, сочтя слишком опасным. Когда граф д’Артуа, решив обойтись без согласия брата, собрался сам отправиться на территорию Франции, Людовик XVI обратился к королю Сардинии с просьбой не позволить принцам совершить такую ошибку и удержать их — если придется, даже силой. А после принятия Конституции 1791 года Людовик XVI и вовсе повелел всем эмигрантам вернуться на родину.

Поссорившись с сардинским двором, граф д’Артуа и его окружение перебрались в Швейцарию, но и власти кантонов не захотели видеть их на своих землях. В конце концов к середине 1791 года двор младшего брата короля обосновался на территории южной Германии, в городке Кобленц, где сливаются Рейн и Мозель.

 

Граф Прованский, брат Людовика XVI. Гравюра с портрета работы Дж. Джонса

Состоявшийся в июне 1791 года отъезд за границу второго брата Людовика XVI, графа Прованского, придал новые силы противникам Революции. Воссоединившись с младшим братом, принц поселился в замке под Кобленцем. 10 сентября 1791 года оба публично обратились к Людовику XVI с просьбой не подписывать новую конституцию, «которую отвергает его сердце, которая идет вразрез с его собственными интересами и интересами его народа, а также с обязанностями короля». 11 сентября к этому посланию присоединились другие принцы крови: принц Конде, герцог де Бурбон и герцог Энгиенский. Людовик XVI ответил столь же публично: по его словам, народ терпел лишения лишь в ожидании конституции, и ее едва ли уместно менять сразу после принятия.

И сам монарх, и его братья вели при этом двойную игру. Людовик XVI стремился заверить революционеров в своей лояльности: на людях и он, и королева не раз обвиняли графа Прованского и графа д’Артуа в предательстве и самоуправстве. В то же время и король, и королева не меньше принцев мечтали о том, чтобы вмешательство иностранных держав положило конец Революции и восстановило власть французского монарха в полном объеме.

Всё это происходило на первом и втором плане. Но был еще третий план. Людовик XVI опасался, что братья смогут развить за границей такую бурную деятельность, которая вызовет со стороны революционеров непредсказуемую реакцию, — что, собственно, вскоре и произошло. Братья же чувствовали себя связанными по рукам и ногам, поскольку король не объявил никого из них ни регентом, ни наместником королевства — такой титул в прошлом иногда давался одному из членов королевской семьи вместе с властью, практически равной королевской. Есть, правда, версия, согласно которой Людовик XVI всё же переправил братьям документ, наделявший их соответствующими полномочиями, но те сами не пускали его в ход, опасаясь за жизнь короля. Как бы то ни было, в глазах европейских государей братья французского короля не представляли никого, кроме самих себя, тем более что революционеры лишили графа Прованского права на потенциальное регентство, поскольку тот отказался вернуться в страну.

«Армия» эмигрантов

К осени 1791 года на восточной границе Франции были сформированы несколько вооруженных соединений из покинувших Францию дворян, многие из которых служили до Революции в королевской армии и имели опыт участия в боевых действиях. Из них самым известным, хотя изначально и не самым многочисленным, была так называемая армия Конде.

Возглавлял ее престарелый Луи-Жозеф де Бурбон, восьмой принц Конде. Один из самых знатных аристократов страны, потомок Людовика Святого и Великого Конде, знаменитого полководца Людовика XIV, крестник короля и королевы Франции, он около с трех с половиной лет занимал должность Главного распорядителя королевского двора — одну из самых важных придворных должностей. Прославившись отвагой на полях сражений Семилетней войны, Конде лучше, чем кто бы то ни было, подходил на роль предводителя вооруженных отрядов эмигрантов.

Однако его армию счесть таковой можно было лишь с очень большой натяжкой. Она не имела в достаточном количестве ни оружия, ни снаряжения и на деле не представляла собой сколько-нибудь реальной военной силы. Шатобриан впоследствии вспоминал:

Армия принцев состояла из дворян, поделенных по провинциям и служивших в качестве простых солдат: дворянство возвращалось к своим истокам и к истокам монархии в то самое время, когда близился конец и этого дворянства, и этой монархии, так старик возвращается в детство. <…> Армия обычно состоит из солдат примерно одинакового возраста, одного роста и схожей силы. Наша была совсем иной, беспорядочным объединением людей зрелых, стариков и спустившихся с голубятни детей, говоривших на нормандском, бретонском, пикардийском, овернском, гасконском, провансальском, лангедокском наречиях. Отец служил рядом с сыном, тесть — с зятем, дядя — с племянником, брат — с братом, кузен — с кузеном. В этом ополчении, каким бы смешным оно ни казалось, было нечто трогательное и достойное уважения, поскольку люди руководствовались искренними убеждениями; оно выглядело так же, как древняя монархия, и давало возможность в последний раз взглянуть на тот мир, которого уж более нет. Я видел старых дворян, с суровыми лицами, седых, в потрепанной одежде, с мешком за спиной, с ружьем над плечом, еле идущих, опираясь на палку, а под руку их поддерживал один из их сыновей. <…> Всё это бедное войско, не получавшее ни су от принцев, воевало за свой счет, в то время как декреты продолжали его разорять и отправлять в застенки наших жен и матерей…

Подобное военное соединение играло, в основном, чисто символическую роль, олицетворяя собою идеал «истинно королевской» армии, альтернативной той, что осталась во Франции и «предала» своего короля. Точно так же эмигрантский двор графа Прованского символизировал альтернативу находившемуся «в плену» двору Людовика XVI. Однако, несмотря на свой во многом символический характер, исходящая из Кобленца «угроза» дала повод для воинственной революционной риторики, приведшей в конце концов к настоящей войне.

Обсудите в соцсетях

«Ангара» Африка Византия Вселенная Гренландия ДНК Иерусалим КГИ Луна МГУ МФТИ Марс Монголия НАСА РБК РВК РГГУ РадиоАстрон Роскосмос Роспатент Росприроднадзор Русал СМИ Сингапур Солнце Титан Юпитер акустика антибиотики античность антропогенез археология архитектура астероиды астрофизика бактерии бедность библиотеки биоинформатика биомедицина биомеханика бионика биоразнообразие биотехнологии блогосфера вакцинация викинги вирусы воспитание вулканология гаджеты генетика география геология геофизика геохимия гравитация грибы дельфины демография демократия дети динозавры животные здоровье землетрясение змеи зоопарк зрение изобретения иммунология импорт инновации интернет инфекции ислам исламизм исследования история карикатура картография католицизм кельты кибернетика киты клад климатология клонирование комары комета кометы компаративистика космос кошки культура культурология лазер лексика лженаука лингвистика льготы мамонты математика материаловедение медицина металлургия метеориты микробиология микроорганизмы мифология млекопитающие мозг моллюски музеи насекомые наука нацпроекты неандертальцы нейробиология неолит обезьяны общество онкология открытия палеоклиматология палеолит палеонтология память папирусы паразиты перевод питание планетология погода политика право приматы природа психиатрия психоанализ психология психофизиология птицы путешествие пчелы ракета растения религиоведение рептилии робототехника рыбы сердце смертность собаки сон социология спутники старение старообрядцы стартапы статистика такси технологии тигры топливо торнадо транспорт ураган урбанистика фармакология физика физиология фольклор химия христианство цифровизация школа экзопланеты экология электрохимия эпидемии эпидемиология этология язык Александр Беглов Алексей Ананьев Дмитрий Козак Древний Египет Западная Африка Латинская Америка НПО «Энергомаш» Нобелевская премия РКК «Энергия» Российская империя Сергиев Посад Солнечная система альтернативная энергетика аутизм биология бозон Хиггса вымирающие виды глобальное потепление грипп защита растений инвазивные виды информационные технологии искусственный интеллект история искусства история цивилизаций исчезающие языки квантовая физика квантовые технологии климатические изменения компьютерная безопасность компьютерные технологии космический мусор криминалистика культурная антропология культурные растения междисциплинарные исследования местное самоуправление мобильные приложения научный юмор облачные технологии обучение одаренные дети педагогика персональные данные подготовка космонавтов преподавание истории продолжительность жизни происхождение человека русский язык сланцевая революция физическая антропология финансовый рынок черные дыры эволюция эволюция звезд эмбриональное развитие этнические конфликты ядерная физика Вольное историческое общество Европейская южная обсерватория жизнь вне Земли естественные и точные науки НПО им.Лавочкина Центр им.Хруничева История человека. История институтов дело Baring Vostok Протон-М 3D Apple Big data Dragon Facebook Google GPS IBM MERS PayPal PRO SCIENCE видео ProScience Театр SpaceX Tesla Motors Wi-Fi

Редакция

Электронная почта: polit@polit.ru
Телефон: +7 929 588 33 89
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2020.